Путешествия
  • Пробег для публикации поста в сообщество: 15.00 км
  • Читателей: 4153 | Постов: 2256

Данный блог создан для публикации рассказов, фото и видео отчетов о путешествиях на любой мототехнике.

Путешествия → «Мотороллер мой. По дорогам Азии». Часть 31. Belkin. События 2010 г. Публикуется с согласия автора, с сохранением исходного текста, фотографий, пунктуации и орфографии.

Начало.
Часть30
Распрощавшись с лао-пограничниками, я покатил вниз под гору в сторону Мыэнг Мая. Дрязги на границе меня уже совсем вымотали и было лишь одно желание — докатить до геста и засесть в тени под вентилятором. Не понятно, что за погодные фокусы, но уже с утра начало неплохо припекать, а когда я уехал за перевал в Лаос, наступила уже давно забытая жара. Я ехал и размышлял, что страны четко выравниваются по каким-то географическим изломам, ведущим к переменам климата. Скорей всего, это была просто случайность, дожди закончились. Забегая вперед, скажу, что они так и не начались, пока я не уехал южнее Вьенчана, почти в Исаанщину.


Закат около Луан Пра Бана



Я спускался по перекопанной трассе, которая, думаю раньше не могла похвастаться шириной и гладкостью. А в тот момент, ее окончательно перекопали. Одно везение — рабочий день закончился и бульдозеры попрятались. Ну разве километра три пропилил вслед за гигантским тягачом, увозящим экскаватор. Те, кто поедут уже, думаю, через год, будут наслаждаться лишь новеньким асфальтом. Я же получил все удовольствие сполна.

Где-то на полпути пришлось останавливаться для дозаправки. Я разыскал уже даже не сарай, а навес с товарами и канистрами. Кое-как вытащил на свет продавца. У продавца имелась, судя по разнице возрастов внучка. Внучке было года три, она увидев меня, горько разрыдалась. Продавцу пришлось долго успокаивать. За две недели в горах Северного Вьетнама я сильно одичал и истрепался. Где-нибудь в Калифорнии в шкафу у детей живут страшные монстры, в Лаосе к детям из джунглей являются ужасные байкеры.

Мыэнг Май. Видите полицейский байк? Хмоны на плакате в центре, лао немного правее.

Кое-как успокоили беднягу, заправились, полчаса неспешных подпрыгиваний на разбитом проселке, переправа через ручей и я внезапно въехал в Мыэнг Май. В центре поселка стоит обычный розовый отельчик. Те же почти 5-7-10 долларов. Дверь, кровать, горячий душ. Название уже стерлось из памяти, что-то вроде набившего оскомину Ам Пон. (нашел фотографию, точно Рунрэм Ам Пон) Холмы вокруг заросли сплошными джунглями. На улицах навесы с тухлой торговлей барахлом. Лаос Лаосом. Три с половиной месяца не был, забавно перемещаться назад во времени. Опять народ таскает сумки, навесив лямкой на лоб.

Я падаю в кресло около телевизора, под стук генератора нам транслируют из Таиланда очередной блокбастер. Я беру пива и еще пива. Уже почти в темноте в отеле появляются два велосипедиста, те самые, которых я обгонял по пути на границу. Велосипедисты оказались тайцами. Они живут в Бангкоке, втроем поехали автобусом в Нон Кай, велы в багаже. Там вдавили педали, добрались до граница с Китаем, где доехали до Кунминя. Один таец по дороге сдулся, вернувшись в Бангкок. Двое вернулись через вьетнамские Лао Кай и Дьен Бьен в Мыэнг Май. Все это мне рассказал один из путешественников, после того, как залез в душ и выхватил пару пива из морозилки.

Велотайцы. Пакорн справа в бандитской повязке.

В процессе завязывания разговора, я сказал, что я сам почвовед, то есть таец, потому, что у меня рубашка «Ясотон» и номера «Чон Бури». Все это привело бы интернациональной пьянке, но тайцы сильно устали в тот день. Хоть как-то наговорился за долгий период вынужденного радиомолчания. Таец в качестве связки вечно использовал слово «Райт-райт», порываясь перейти на «Чай-чай, кап-кап»)) Хряпнули по бутылке-другой да разошлись по своим номерам. Впрочем, генератор нам тоже отрубили, свет вышел весь, Лаос засыпает рано.

Из Мыэнг Мая в Луанпрабан.
Карта..
Утром подскочил около семи часов. Тайцы тоже высыпались из своих номеров. Но они, шаря в лаосских диалектах быстро выяснили, что дорога до одиннадцати будет закрыта на ремонт. Но я, как всегда, не внял гласу разума и выехал, надеясь на лучшее. Тайцы остались, вняв гласу разума. На прощание обменялись телефонами. Я пообещал заехать в гости в Бангкоке.


Вот и Мыэн Май. На указателе опечатка. Посали провинс. ))

Сразу же за Мыэнг Маем, переехав шаткий мостик и покинув поселок я встал на перегороженном участке. Объехать не получалось никак, дорогу перекопали сразу три экскаватора. Пришлось проболтаться минут сорок в кустах на обочине в компании еще одного торопыги. Потом я как-то вслед за ним проскочил мимо экскаваторов и уже окончательно застрял на следующем участке. Пришлось просидеть, как и было предсказано до одиннадцати утра под навесом у дорожных рабочих. Все они дружно дрыхли, иллюстрируя пословицу про работу и волка. Для настроения я зарядил через динамики телефона Моби, так и сидели на горе под жарким солнцем. Все мы, сделаны из звезд, даже бульдозеристы.

Медитация в ожидании 11 утра. Играет Моби. Та синяя дерюга на моем мотороллере — остатки вьетнамского дождевика

В одиннадцать часов один из рабочих завел свой бульдозер и умчался двигать грунты, нарытые экскаватором. Мимо проехала маршрутка-грузовик. Из нее мне замахали руками велотайцы. Они уже сдулись и зачитили, решив проделать путь хотя бы до асфальтов на попутках. (в итоге они совсем обленились и доехали на машинах аж до Удомсая, лень разрушает велосипедиста, нельзя давать слабину )) ) Заметьте, никто в маршрутке не делал удивленные глаза и не шептался «Смотри, бро, тут у нас таец на велосипеде». Знают же эти лао, что тайцы их понимают.

Эту фотку я взял у велотайца Пакорна

Я посыпался вниз по грунтовой трассе, стараясь обгонять, всех на своем пути, чтобы не дышать пылью. Старые добрые зилы и уазики. Через полтора часа, перейдя вброд ручей, я подобрался к реке У и поселку Мыэн Хуа. Паромщик не захотел гонять большую платформу ради моего байка. Уже почти затолкали его в лодку, но тут меня нагнали уазики, с которыми я и переправился, не занимаясь эквилибристикой при погрузке мотосая в обычную узенькую лодчонку.

Непростые парни эти лао на уазах. Переправа через реку У.

За перевалом начался бодренький асфальтец, по которому я энергично врезал прямо до Мыэн Сая, или Удом Сая, кому как больше нравится. От идеи забираться на самый север Лаоса в Пхонсали, я отказался. Горы в Лаосе все почти одни и те же. Джунгли, джунгли и рыжая пыль. Весь север Лаоса один и тот же Нам Тха, Удомсай, Пхонсали. Немного выбивается свом плато с гигантскими стопками Пхонсаван. Дороги однообразные, а в джунгли на севере Лаоса полезет только псих или разгоряченный сапер из международной организации
.

Быстро откатился на сотню километров до Удомсая. Помня вьетнамский беспредел, притормаживал в аулах, что позволило мне элегантно объехать внезапно вывалившегося из домика лаосца. Дядя уже к обеду нажрался на зависть всем, и растянулся передо мной на асфальте, неосилив нехитрый куриный маршрут на другую сторону.

Удомсай проехал без остановки. По дороге окончательно понял, что буду ехать с ночлегами до Саванакета. А там уже немного осмотрюсь. Поэтому свернул на Луанпрабан. Сразу за Удомсаем дорога 13 поднимается в горы. Но я опять и опять думаю, что очень странно, жара не прекращается. Что-то не так было с погодой во Вьетнаме. Дорога на Луанпрабан все тот же разломанный асфальт. Я прыгаю по ухабам, обгоняя рейсовые автобусы и грузовики. Лечу как ветер, сигналя на каждом повороте. По старой вьетнамской привычке, непрерывно жму гудок в деревнях с чахлыми бамбуковыми хижинами.

Вот так я и выглядел всю дорогу. На улице +36. Вспомнили свои потные шорты и майки?

Несмотря на то, что я бряцаю амортизаторами на кочках, меня бодро обходит какой-то явно европеец на малокубатурном эндурике. Чуть дальше я опять его встречаю, он уже отдыхает на обочине в тени. Останавливаюсь, немного общаемся. Парень оказался французом, едет из Удомсая в Луанпрабан. Опять едем. Француз улетел вперед, словно всадник без головы: через ухабы не разбирая дороги, не сигналя на поворотах, не тормозя в аулах.

Я ехал уже не особо торопясь. Уже второй раз я на этой дороге. Однажды я уже проехал из Хуей Сая в Луан Нам Тха. Вокруг Нам Тха я несколько дней колесил по всяким закоулкам, потом через Удомсай уехал в Пхонсаван, потом в Сам Ныа, потом в Пра Бан. В Нам Тха и Пхонсаване я еще не терял надежды влезть на каждую тропинку в кустах на рентованных чудо мотобайках Колао, приблизительных копиях Хонды.
Именно тогда я стал понимать, что нужна именно Хонда. И пусть лаосские прокатчики расшибутся сами на своих китайских поделках, когда вдруг пропадают тормоза на спуске. В нацпарке между Бокео и Нам Тха, я однажды долго забирался на высокий откос над дорогой. Там мне впервые пригодился по настоящему путеводитель «Одинокая планета». Я сидел орлом над дорогой и мрачной отрывал одну страничку за другой. Внизу на дороге точкой чернел мотобайк, и до неприступных колючих кустов уже было никак не успеть.
У того же мотобайка я случайно оторвал хлипкое зеркало, просто пытаясь заставить его показывать дорогу, а не мое плечо. Потом пришлось купить новый комплект. Одно осталось и стоит на старом училкином байке, а оторванное используется в косметических целях.
В Пхосаване я заполучил на ноге то, что зовется байкерским тату, ожог на ноге от выхлопной трубы. Там же с сыном владельца геста гоняли по местным диско, и яба-притонам.
Где-то на дороге в еще в декабре в Сым Ныа я встретил бельгийца, который катался по северу Лаоса на байке, зарентованном в Пра Бане. Лили холодные дожди, мы сутки тряслись по дорогам, греясь в горячих источниках. Бельгиец утеплялся газетами и полиэтиленовыми пакетами.
В Пра Бане я болтался уже без мотобайка, пешком, был Новый Год и цены взлетели до немыслимых пределов. Первого января я остался даже без крыши над головой, все было забронировано. Пришлось болтаться вечером пешком по городу в поисках хоть чего-нибудь. Я нашел последнюю, по-моему, комнату в городе за вменяемые деньги. Но наличных с собой не оказалось. Вместо того, чтобы идти в банкомат я встретил школьников-брейкденсеров, с которыми проболтался весь вечер, комната за это время ушла и маячила суровая перспектива спать под звездами.
Школьники-бибои меня поразили тем, что крутили мув на голом шершавом бетоне. Натуральные свечки на голове на бетоне. Тогда проспонсировал их двумя листами ДВП, чтобы было помягче. Все-таки я кое-что сделал для Хип Хопа в Лаосе ))
В Ванвьене я ужрался грибов и всю ночь звонил в Москву, когда дозванивался и кричал в трубку по-русски, то меня немного попускало. А уж когда я размотал повязку и увидел свой еще незаживший ожог от мототрубы, то крыша окончательно стала отлетать. Из-за умножающего эффекта поганок почудилось, что меня поразила жуткая гангрена. Всю ночь я пытался замотать ногу обратно.

Январь 2010г. Лаос.
Проба двух новых листов ДВП в прабанском гетто )))

За Ванвьеном я обнаружил около городка Талат целое море и ГЭС, так что в Лаосе тоже есть моря, вопреки всем географиям. На море я, словно Колумб, зафрахтовал двадцатиместный катер и рассекал по окрестным островам. Потом заливал великие открытия в прибрежном баре в компании русскоговорящих работников ГЭС.
Во Вьенчане я встретил выпивающего в баре товарища Сэма. Тот, который живет организацией мототуров по Камбодже. Там же я засиделся так, что пропустил автобус до Паксе и, плюнув уехал в тайский Ясотон.
И вот опять я еду все теми же дорогами. Что-то можно попыться повторить в этой жизни. Но ведь даже ванвьенские грибы второй раз не действовали. Я их еще тогда на спор съел тарелку, ножки, как спагетти вилкой вертел, запивая липтоном.

И вот я гоню в Луан Пра Бан. В поселке Пак Мон, за перекрестком дорог 13 и 1С опять встречаю француза. Он стоит на окраине поселка и задумчиво изучает двигатель. Я останавливаюсь. Изучаем двигло. По словам лягушатника, двигло, как это всегда происходит, сбойнуло раз, другой и заглохло навсегда. Пытаемся еще раз пустить с электрического стартера. Потом качаем уже кривой. Двигло судя по поведению работать не собирается. Возникает подозрение, что просто нет никакой искры. Свеча у двигателя немного нестандартная для Лаоса. Размеры не помню, но побольше обычной свечи от двигателя Хонда Вэйв. На счастье француза, он находит комплект ключей, выкручиваем горячую свечу. Повторно качать для проверки искры, вообщем-то, и не надо. Свеча определенно дожила свой век и буквально сгорела.

Я поздравляю француза, сообщив, что свою хитрую свечу он будет три дня искать по окрестным горам. Но все-же я не могу бросить бедолагу на произвол судьбы. Беру еще горячую свечу и разворачиваюсь обратно в Пак Мон. Там нахожу ларек с мотопричиндалами. Вытаскиваю на свет хозяина заведения, со словами «Ни», демонстрирую ему сгоревшую запчасть. Мы зарываемся в дебри запчастей и, все-таки, в далеком углу находим нужную. Я швыряю старую в кусты и победно возвращаюсь назад. Француз от безделья уже успел сбегать за кока колой и угощает меня. Выясняется, что я выбросил резистор вместе со старой свечой. Еду обратно рыться в кустах. По дороге пинаю ленивую лаосскую собаку. В Лаосе не сигналят и собаки совсем игнорируют движение на дорогах. Я несколько раз видел, что остается от флегматичной лаосской коровы, когда сквозь стадо пролетает цементовоз. В Лаосе в горах просто нет места, и все живут на дорогах. Нахожу, все же, резистор. Возвращаюсь, вкручиваем на место. Двигатель заработал.

Француз счастлив. Я вижу, что он просто не знает, как меня отблагодарить. Я говорю, что пару пива в Луанпрабане все искупят. Француз там работает, пиная херы, в каком-то гуманитарном подразделении ООН. Я же, понимаю, что его работа заключается в лао лао и сао лао. В свободное время, он гоняет как угорелый по окрестностям. Вот еще утром он околачивал манго в Удомсае, а сегодня летит, сломя голову в Пра Бан. Впрочем, француза в эти мысли посвящать не стал. Лишь спросил, почему он так быстро ездит? И почему не сигналит? Что будет если собьет ребенка, из тех, что шарятся зигзагами по трассе в каждом ауле. Забьют ведь ногами, говорю. Француз флегматично заявляет, что хватит и двух тысяч долларов.

Ну ты ваще, говорю, не теряешься тут под эгидой ООН. Я тоже как-то отношусь к этой организации путем покупки прав на Каосане, но до такого цинизма мне еще расти и расти. На этой ноте и расстались. Я попытался для сравнения ехать в французском темпе. Но француз натурально врезал 140 кмч. У меня нервы не такие крепкие и я собирался еще вернуться домой хотя бы целиком. Я лично, считал, что иногда гнать под 80, в поселках, это немного безумно. Совесть я заглушал воем сигнала. Но 140 и молча, когда «двери» домов выходят прямо на асфальт, а по дорогам шныряют, все, кто не поместился в маленьких.

Перед самым Луанпрабаном мне позвонил пограничник с вьетнамско-лаосской границы. Лишь поинтересоваться, все ли у меня в порядке, и не в Мыэнг Мае ли я, а то выходной, он приехал на отдых. Но уже на следующие сутки после перехода границы я подъезжал к Пра Бану. Пожелали друг другу удачи и побросали трубки. Номер я потом потерял вместе с телефоном в Москве.

Упылившего вперед француза я случайно встретил уже на перекрестке в городе. Похоже, француз не хотел проставляться, потому и разогнался как на пожар. Но я настиг засранца, когда он уже расслабился )). Мы поехали на набережную Меконга, где разместились во пиццерии у других французов. Мне выставили пиво, с каждой бутылкой мой французский возвращается, я начинаю правильно подбирать времена, а слова сами прыгают на язык. Между бутылочкой-другой я отъезжаю на соседнюю улицу, чтобы вселиться в гест, в котором когда-то жил. Меня узнают. С трудом, но все-таки. Помнят, редиски, как выселили меня после нового года. А я все равно вернулся, так просто меня не прогнать. Смотрят на мой байк. С ходу предлагают продать за 20000 бат. Та еще семейка.

Я опять возвращаюсь в бар, потом еще раз отъезжаю, чтобы встретиться со хип-хоп школотой. Хочется посмотреть как они там, растет ли уровень, держатся ли фризы, крутятся ли гелики. Гараж закрыт, но я все равно рыскаю по улице и нахожу мать одного из школьников, она собирает кое-кого из них. Договариваемся, что приду завтра.

Потом я еду к знакомым бельгийцам, которые таскают Дювель в свой прабанский бар. Дювельский ерш почти окончательно добиват меня, но все-таки есть еще силы вернуться к французам в пиццерию, где я сижу до закрытия. В процессе поездок какой-то лао увидел мои номера и на всю улицу закричал «Чонбури, ооо» )) Вот оно, я здесь в стране, где мои номера не путают ни с кхмерскими, ни с лаосскими. Савадикхап, бля.

Прабанские бибои

На следующий день бесцельно болтался по городу. Ездил по дорогам вокруг. Доехал до водопада, но увидев рынок сувениров и сбор средств на водопад развернулся-уехал. Тем временем стирались вещи. Да и просто первый отдых в две ночи после Кат Ба. Жутко вымотался. Вечером посмотрел на танцоров-школьников. Они прониклись пользой ДВП и застелили уже весь пол в гараже. Кто будет в Луанпрабане, зайдите в переулок, левее Иммигрэйшена, около того самого гаража стоит старый рафик. Около шести вечера там джем и все такое ))

Виндмилл, он же гелик

Луанпрабан — Паксан (Около Вьенчана путь сильно закосячен — дороги вдоль Меконга со стороны Лаоса плохо прорисованы, и в Тае я тогда не появлялся ))
Карта

Утром я выскочил из города с твердым намерением доехать до Вьенчана и даже дальше, может быть дальше до Паксана. Уже в пять утра я проснулся и около шести рванул на юг. По утреннему холодку я взял приличный темп и бодро начал взбираться на перевал по замысловатым серпантинам. Прибавлял быстрее и быстрее. Очередной левый поворот прохожу почти идеально. Последняя мысль, что надо было еще поднажать, полметра в запасе до обочины, хоть возвращайся и повторяй. И в это же мгновенье колеса срываются с асфальта и я по касательной лечу в сторону обочины. Поворот я проходил примерно на 75кмч, поэтому до падения сильно жалел, что не дожал до 85-90. И вот, вместо, того, чтобы плавно падать в собственных глазах, я натурально падаю на асфальт и уже на боку лечу на обочину. Очень и очень долго еду на боку. Рука так и держат руль, газ выкручен, мотобайк начинает реветь без нагрузки. Железо бьется с грохотом об асфальт, высекая искры во все стороны. Первый раз упал с натуральным снопом искр. А в голове уже одна только мысля: «И когда же, блядь, остановлюсь? Ну все упал, уже, упал. Все тут ясно. Пошутили и хватит.» В конце концов меня выбрасывает на обочину, где я раскидав в стороны гравий поднимаю клубы пыли.и затихаю.

Сразу же глушу двигатель, он так и не заглох в полете. Потом просто лежу на боку и оцениваю, что уже оторвал, а что еще висит? Осторожно шевелю руками и ногами. Упал я опять в первую очередь рюкзаком, руки вцепились в руль. Выбираюсь из-под мотобайка, бросаю рюкзак. Ставлю байк на колеса. У рюкзака протерлась и оплавилась лямка на левом боку. Но еще прочно держится. Левый рукав куртки на локте истрепался в лохмотья. Рубашка под курткой тоже самое. На джинсах на бедре дыра, на колене дыра. На шлеме незначительные царапинки. У байка потерлось левое зеркало, шайба на руле, подножка загнулась на градусов тридцать вверх, шарнир у задней подножки как-то перекосило. В основном я терся подножками, рулем, рюкзаком и уже потом локтями-коленями. От вибрации у байка соскочила клемма стартера.

Подножку гну обратно, упираясь ногой, отталкиваясь от руля, подсоединяю клемму, прикручиваю зеркало и еду дальше. Еду помедленнее, но потому лишь, что дорога изменилась, а я этого не заметил раньше. От Луанпрабана начинался средненький асфальт, но выше в горы он поменялся в худшую сторону. Особых ям не было, но из асфальта как-то постепенно пропал сэкономленный битум. И асфальт превратился в асфальт, усыпанный камешками. Иногда это становится асфальтом, засыпанным гравием. И количество ям, битума и гравия плавает от поворота к повороту. Впрочем, я не единственный, кто улетел в этот день. Недалеко от пересечения с дорогой на Пхонсаван один трак скатился в кювет, чуть дальше трак просто вылетел с дороги и перевернулся. Перевернутые траки мне всегда напоминали жуков на спине, лежит бедняга, колеса беспомощно висят.


Грузовичок прилег отдохнуть

Около перекрестка дорог 7 и 13 стоит кафе, в котором обязательно останавливаются все туристические автобусы. Одна из самых знаменитых панорам Лаоса. Я уже был там два раза, но все равно остановился и в третий. Пора было немного перекусить, еще я недокрутил гайку на зеркале, а подножку не до конца выгнул. На точке туристы собираются по расписанию, и очень здорово, когда автобусы не подошли и совсем пусто.

Вниз в сторону Каси от площадки с ресторанчиком почти непрерывные спуски. Первый спуск около 14 километров до первого маленького подъемчика. Вырубаю движок и просто качусь вниз, лишь оттормаживаясь. Зимой наверху не очень жарко, а около Каси резко теплеет, высота падает от 1500 до 500 метров. Интересных мест на этом участке, может быть и не счесть. Но беда Лаоса в горах, которые идут даже не хребтами, а просто равномерно размазаны по стране, лишь кое-где легко пересекаются карстовыми языками. Но во Вьетнаме, карсты все равно лучше.

Я видел фотографии Китая севернее Вьетнама, где эти карсты начинаются, там еще грандиознее. Все, кто хочет увидеть самые интересные горы, всегда старайтесь попасть в карстовые «языки». Я так называю зоны, в которых карсты идут один за другим. Во Вьетнаме это направления Лао Кай — Ханой — Ха Лонг, Донг Ван — Као Банг — Ханой — Ха Лонг, Лао Кай — Сон Ла — Нинь Бинь. Еще один язык начинается южнее лаосского Пхонсавана и уходит через Лаос во Вьетнамский Донг Хой, причем опять Вьетнаму досталось лучшее. Другой язык идет от лаосского Луанпрабана через Ванвиен в тайский Лоэ. Но к Таиланду все лаймстоуны совершенно рассыпаются. И еще один «язык» карстовых гор идет из Мьянмы вдоль тайской границы почти до Малайзии. Все его знают по всяким пещерам около Пая, горам Канчанабури, островам в Пан Нга и Краби. Лаймстоуны, это бывшее дно океана, которое поднялось вверх и стало горами.

От Каси до Ванвьена авария, произошедшая парой часов ранее подзабылась и я опять втопил, благо серпантины закончились. Около обеда я влетел в Ванвиен и сразу же пролетев бамбуковый мост остановился в старом добром ризорте на острове. Тот, что сразу за мостом. Остров, где поселившись живешь на вечной вечеринке. В бунгало за пять баксов, за бамбуковой стенкой всю ночь хреначит музло, народ пьет коктейли из грибов, пенсионеры просят зажигалку, выдвигаются на бережок и потом прибывают уже с затуманнеными глазками. Уже именно в Ванвьене вся эта тема с грибами-пиццей с травой-просто травой и прочими ябами меня окончательно перестала волновать. Все эти эксперименты именно в Ванвиене меня достали окончательно. Кстати, в Ванвиене полно узких бамбуковых мостов, и полно историй, как народ падает с мостов в реку вместе с мотосаями. Я тоже падал, но на въезде на мост. Рулил не я, а один местный парень, все были перекрытые, дуракам повезло в очередной раз.

Ванвиен — опасное место. Кто с мостов падает, кто сходит с ума от вечных Фэмили гаев-Гриффинов, кто тонет на тюбинге-каякинге по барам. Одно спасение, брать байк и гонять по горам и пещерам вокруг до полного отупения ))

В знакомом баре я встретил всю ту же компанию лао, которые обслуживают стойку. Только одного товарища по имени Ми выдернул из ада отец. Остальные сидят и прямо в чистый и светлый полдень херачат ябу, чтобы начать шевелиться. Меня узнают. Я планировал просто сказать Ми «привет» и рвануть дальше до Вьенчана. Но какая-то ностальгия меня подзацепила, хоть меня немного и уже напрягали все эти лаосские любители скорости. Все равно, я решил, что больше всего не хочу тормозить во Вьенчане, и лучше заночую в Ванвьене, чем в столице. Я взял в баре пива и заселился в старое доброе бунгало на одну ночь. Весь оставшийся день просто просидел на острове, завалившись спать пораньше. Опять музыка, треш и угар всю ночь. И только я сплю. Даже не пошел по парикмахершам восстанавливать контакты. ))

Ньюбар на острове.


Указатель на прошлой фотке кажет на этот сортир. Ризорт вокруг бара ))

Утром, отлавливая прохладу, рванул во Вьенчан. Совершенно незаметно пролетел всю дорогу и оказался еще раз на реке Меконг. Вьенчан — самая унылая столица ЮВА. Авторитетно заявляю, что на Вьенчан надо смотреть в бинокль с той стороны Меконга. Я лишь выехал на набережную и встал в тени, чтобы передохнуть, поговорил с тукерами о моей жизни, полюбовался как прибывает Лаос за счет засыпания песком русла реки. Потом пообедал и поехал в сервис, чтобы сменить цепь, отрихтовать подножки и сменить масло.

Это уже Вьенчан. Никогда не гоняйте без хорошего шлема!

Потом двинул дальше в сторону моста Дружбы. Очень большим усилием воли я заставил себя не свернуть в Таиланд. Я сильно ошибся, подумав, что за Вьенчаном дорога 13 идет вдоль Меконга. За мостом дорога быстро превратилась в грунты. Я опять ехал по дикой жаре, покрываясь слоем пыли. Справа блестел Меконг, а я точно знал, что за ним в Таиланде по берегу идет отличнейший асфальт. Жутко хотелось не то вернуться к мосту и уехать в Нон Кай, не то бросить мотосай и вплавь перебраться в Тай. Но я стойко пропылил вдоль реки, нашел дорогу до Насона, где опять вернулся на асфальты дороги 13. По ней я к четырем вечера добрался до Паксана, где опять нашел мотельчик.

Бросим взор в сторону Таиланда. И поедем по рыжей дороге дальше.

Мотель выбрал самый неудачный: без кондиционера, окна на вечернее солнце. Стояла жуткая духота. Я позвонил училке в Ясотон, чтобы спросить, что за погода в трехстах километрах на юг. Оказалось, что в Исаане страшные грозы и дожди. К вечеру облака долетели до Лаоса. Хоть немного полегчало. Наконец-то заснул.

Продолжение...
  • Marat74Marat74
  • 16 декабря 2020 в 6:58
  • ?

Комментарии (0)

RSS свернуть / развернуть
Только зарегистрированные пользователи могут оставлять комментарии. Войдите, пожалуйста, или зарегистрируйтесь.
При перепечатке материалов, видео или картинок гиперссылка на «bikepost.ru» обязательна
мотоблоги, Путешествия, «Мотороллер мой. По дорогам Азии». Часть 31. Belkin. События 2010 г. Публикуется с согласия автора, с сохранением исходного текста, фотографий, пунктуации и орфографии.